ТАЙНЫ СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ: 4-я часть материала Международной научно-практической конференции «МАРШАЛ ВАСИЛЕВСКИЙ И ЕГО ВКЛАД В ПОБЕДУ» в честь Победы
журнал СЕНАТОР
журнал СЕНАТОР

ТАЙНЫ СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ

(Материал представлен в рамках Международной заочной Конференции «Маршал Василевский и его вклад в Победу»
и посвящен 65-летнему юбилею Сталинградской битвы)

 

ВИКТОР ПОПОВ
профессор, кандидат исторических наук

Виктор ПОПОВ - Victor POPOV

Хорошо представляя местность междуречья Дона и Волги, района Сталинграда и самого города со времен гражданской войны, И.В. Сталин компетентно, с большим знанием дела руководил ходом Сталинградского сражения и разработкой плана контрнаступления советских войск на берегах Волги. Как свидетельствуют документы и участники этих событий, в самые критические дни оборонительных боев за Сталинград И.В. Сталин требовал почасовых сообщений из города. Ставка давала регулярную оценку развивающейся обстановки в Сталинграде, четко управляла действующими здесь фронтами. Сталин не только был лично знаком с их командующими, но и хорошо знал многих командиров дивизий и полков, сражавшихся за Сталинград. Видимо, отнюдь не случайно, в период боев за Сталинград Гитлер высказывал свои опасения относительно того, что Сталин попытается использовать опыт 1920 года, когда части Красной Армии, воспользовавшись растянутостью коммуникаций и обнаженностью флангов Белой армии, сумели осуществить успешный прорыв обороны противника и повторить наступление через реку Дон из района Серафимовича в направлении на Ростов. Правда, фюрер тешил себя надеждой, что Сталин далек от исторических параллелей.

 

Принимая во внимание масштабность развернувшегося у стен Сталинграда сражения, невольно возникает вопрос об уровне компетенции и эффективности сталинского руководства. Среди многочисленных критериев оценок необходимо выделить один из важнейших показателей деятельности командующего войсками – это размеры среднесуточных безвозвратных потерь в живой силе. Именно этот показатель характеризует отношение военачальника к человеческим жизням вверенных ему войск во время боевых действий. В этом отношении сам И.В. Сталин показал великолепный пример. В Сталинградском сражении, лично им спланированном и организованном потери в живой силе были в 2–2,5 раза ниже, чем в любой иной из наиболее известных битв Великой Отечественной войны. Среднесуточные безвозвратные потери советских войск в битве под Москвой составили 10.910 человек, на Курской дуге – 11.313 человек, в операции «Багратион» – 11.262 человек, в сражении за Берлин – 15.712 человек, а вот в Сталинградской битве они составили 6.392 человек.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  

Успех реализации плана контрнаступления под Сталинградом в значительной степени зависел от быстроты, слаженности и скрытности перегруппировки советских войск. С целью обеспечения скрытности подготовки контрнаступления Ставка ВГК организовала и провела целый комплекс дезинформационных и маскировочных мероприятий. В их осуществлении важная роль принадлежала разведывательным органам. Советская разведка сделала все возможное, чтобы минимизировать возможную утечку информации и направить немецкую разведку по ложному следу. И хотя многое из запланированного удалось выполнить, кое-какие сведения, правда, подчас противоречивого характера, оказались известными немецкой стороне. Любопытна в этом отношении линия поведения подполковника Райнхарда Гелена, занимавшего в те годы пост начальника отдела «иностранные армии Востока Генерального штаба сухопутных сил Вермахта». В своих мемуарах Р. Гелен утверждает, что о «замыслах Советов», направлении главных ударов и силе советских наступательных операций его отделу было известно еще задолго до начала контрнаступления Красной Армии под Сталинградом. При этом Гелен приводит довольно обширный перечень информационных данных, поступивших в отдел с конца октября по середину ноября 1942 года. Всю ответственность за недооценку полученных разведданных Р. Гелен возлагает на высшее военно-политическое руководство Германии и лично на Гитлера. В своем капитальном исследовании «Фальсификация, воспевание и правда о Гитлере и Сталине» (издательство ОЛ ЦОГ, 2005 года) германский историк консервативного направления Вернер Мазер вскрывает несостоятельность суждений Гелена и ряда других немецких военачальников, стремящихся переложить всю ответственность за сталинградское поражение на Гитлера. В. Мазер обращает внимание на то, что сведения, поступавшие от Гелена, носили несистематический, отрывочный и расплывчатый характер. Они точно не указывали район возможного решающего советского контрнаступления зимой 1942-43 годов, называя, по крайней мере, семь участков Восточного фронта от Ленинграда до Сталинграда, где можно было ожидать вероятного наступления Красной Армии. И, тем не менее, германская сторона смогла получить некоторую информацию о планах советского командования на рубеже 1942-43 годов, в том числе и о сосредоточении советских войск на флангах сталинградской группировки. Эту информацию германское командование получило от своего источника, находившегося в Генеральном штабе Красной Армии. Германская разведка, её фронтовые и армейские подразделения уже с конца октября 1942 года отмечали передвижение советских войск и их коммуникацию в районе реки Дон и Сталинграда.

В свете этих и других имеющихся источников сегодня уже нельзя говорить о высокой степени секретности подготовки советского контрнаступления под Сталинградом. Мобильность и массированность сил советских войск в районе Сталинграда не позволяли противнику точно определить время и численность советских войск на главных направлениях готовящегося контрудара. Располагая определенными данными, командование 6-й армии не стало принимать каких-либо мер без согласования и санкций со стороны высшего военного руководства Германии, которое проявило определенный скептицизм в оценке поступающей разведывательной информации. Примерно за две недели до начала советского контрнаступления Гитлер позволил себе отправиться в отпуск, на отдых на юг Баварии, в Бергхоф...

 

ПОБЕДА ПОД СТАЛИНГРАДОМ И ЕЁ ЦЕНА

Во всемирной новейшей истории Сталинградская битва занимает бесспорно одно из самых выдающихся мест: это был коренной перелом во всей Второй мировой войне. Однако подходы к этой оценке Сталинградской битвы далеко не однозначны и многоплановы. В последнее время в свете новых исследований истории Великой Отечественной войны встал вопрос: было ли Сталинградское сражение во второй половине 1942 года и начале 1943 года одной-единственной стратегической операцией в планах советского военно-политического руководства?

Ответ на этот вопрос особенно обострился после выхода в свет в 2000 году книги американского историка Дэвида Гланца «КРУПНЕЙШЕЕ ПОРАЖЕНИЕ ЖУКОВА». Автор этой публикации пытается доказать, что осенью 1942 года Ставка ВГК планировала провести две стратегические наступательные операции: на западном направлении – операцию «Марс» (вторая Ржевско-Сычевская наступательная операция сил Западного и Калининского фронтов) и на юго-западном направлении – операцию «Уран». Причем главной из них Д. Гланц считает операцию «Марс».

Надо отметить, что до сих пор в отечественной исторической литературе об операции «Марс» существуют три точки зрения: во-первых, в ряде исследований она вовсе замалчивалась; во-вторых, ей отводилась роль вспомогательной отвлекающей операции по отношению к Сталинградскому контрнаступлению и, наконец, в-третьих, в последнее время все большее распространение получает взгляд на операцию «Марс» как главенствующую по сравнению с операцией «Уран». Следует подчеркнуть, что подобные подходы ставят под сомнение официальную версию, согласно которой Сталинградская стратегическая наступательная операция (операция «Уран») изначально была призвана стать главным событием на советско-германском фронте зимой 1942-1943 годов. Существование разных взглядов на события второй военной зимы на советско-германском фронте в значительной степени объясняется тем, что до сих пор не преданы гласности наиболее интересные документы Ставки ВГК и Генштаба Красной Армии, относящиеся к этому периоду боевых действий на советско-германском фронте.

Какие аргументы выдвигаются для обоснования приоритетного значения операции «Марс»?

Во-первых, сроки проведения операции. Операцию «Марс» планировалось начать 12 октября 1942 года. Однако целый ряд сопутствующих факторов (к назначенной дате армии, которые должны были участвовать в операции, подготовить не удалось, сказалось влияние неблагоприятных погодных условий; немецкому командованию удалось узнать сроки проведения прорыва) заставили перенести операцию на более поздние сроки. Операция «Марс» была проведена в период с 25 ноября по 20 декабря 1942 года. Следовательно, в действительности она началась позднее Сталинградского контрнаступления.

Во-вторых, дислокация советских войск, количество сил и средств в действующей армии по участкам стратегического фронта к 19 ноября 1942 года. Против группы армий «Центр» Ставка ВГК выставила 1,9 млн. человек, около 25 000 артиллерийских орудий, почти 3500 танков и более чем 1000 самолетов. Против группы армий «Б», которая противостояла советским войскам в операции «Уран», командование Красной Армии выделило 1 100 000 человек, 15 500 артиллерийских орудий, 1500 танков и менее 1000 самолетов. На двух участках фронта – от Ладожского озера до Холма и от Холма до Болхова, которые составляли 36% протяженности советско-германского фронта, – находилось более половины личного состава действующей армии, артиллерии, авиации и 60% танков. В то время как на участке от Новой Калитвы до Астрахани, где готовился главный удар в кампании, количество сил и средств составляло 18-20% и лишь по авиации – свыше 30% (свыше 900 самолетов, – по 300 самолетов на фронт, действующий на главном театре военных действий). Сопоставляя соотношение сил на западном и южном участках советско-германского фронта, Джеффри Робертс приходит к выводу: «...Все это могло быть истолковано как аргумент в пользу того, чтобы нанести по врагу удар именно в том месте, где это было действительно важно, – т. е. на фронте перед Москвой».

В-третьих, качественный состав командных кадров на основных фронтах, задействованных для осуществления Сталинградской стратегической наступательной операции. Некоторые авторы, сравнивая командные кадры западного и южного участков советско-германского фронта, обращают внимание на недостаточный боевой опыт в подготовке и проведении крупных наступательных операций командного состава фронтов, развернутых в районе Сталинграда. Из этого сопоставления делается недостаточно обоснованный вывод о том, что советское военно-политическое руководство не предполагало, что коренной перелом в войне произойдет в приволжских и донских степях.

В-четвертых: как и в 1941 году, Ставка Верховного главнокомандования Вооруженных сил СССР в соответствии с ранее принятым стратегическим планом на 1942 год намеревалась нанести главный удар по врагу на московском направлении. Именно здесь, на западном участке советско-германского фронта, планировалось добиться решающего успеха в зимней кампании 1942-43 годов. Советское военно-политическое руководство не предполагало, что именно под Сталинградом произойдет коренной перелом в войне.

Операция «Марс», которой руководил Г.К. Жуков, окончилась неудачей: Красная Армия потерпела серьезное поражение. Утратив значение самостоятельной стратегической операции, «Марс» фактически вылился во вспомогательную операцию, предотвратив переброску сил Вермахта к Сталинграду, и тем самым явился весомым вкладом в успех операции «Уран».

В связи с дискуссией вокруг операции «Марс» были подняты исключительно интересные вопросы планирования стратегических операций Ставкой ВГК и Генштабом РККА. Наличие ряда документов и источников позволяет воссоздать следующую структуру стратегических операций в конце 1942 года и в 1943 году. Операция «Марс» ставила своей целью нанести решительное поражение германской группе армий «Центр». В случае своего успеха «Марс» должен был перерасти в операцию «Юпитер», в ходе которой планировалось окружение всей центральной группировки немецких войск. Осуществление операции «Уран» приводило к окружению и ликвидации соединений Вермахта в районе Сталинграда. Вслед за «Ураном» операция «Сатурн» предусматривала молниеносное продвижение советских войск в направлении Ростова-на-Дону и создание ловушки для всей группы немецких армий «А», действующей на Кавказе. Успешное осуществление всех этих операций позволяло разрушить германскую оборону на всем протяжении советско-германского фронта. В итоге все это позволяло Советскому Союзу практически выиграть войну в 1942 году.

Война есть война. И не все факторы реализации намеченных планов поддаются точному учету. Поэтому в силу ряда причин не все запланированные стратегические операции были полностью осуществлены, некоторые из них оказались выполненными частично (операция «Марс» и операция «Сатурн» трансформировалась в менее масштабную операцию «Малый Сатурн»). Однако подготовка к этим операциям и даже их частичное осуществление имели непреходящее значение для советских Вооруженных Сил. Они способствовали обогащению боевым опытом, совершенствованию управления войсками, их взаимодействию в крупномасштабных наступательных операциях, более точному и эффективному использованию стратегических резервов. Происходило укрепление боевого духа и морально-политического состояния солдат и офицеров действующей армии. Продолжалось увеличение экономической мощи и наращивание военного потенциала советского государства. Все это в целом поднимало авторитет СССР и его Вооруженных Сил.

С этих позиций следует подходить и к оценке места Сталинградской битвы в Великой Отечественной и Второй мировой войне. Можно ли утверждать, что советское военно-политическое руководство не панировало нанести контрудар под Сталинградом? Конечно, нет. Развернувшееся с середины июля 1942 года сражение за Сталинград, начатое вопреки ожиданиям военного руководства СССР, поставило перед необходимостью остановить продвижение противника к Волге. Решение этой задачи в ходе обороны Сталинграда продвинуло советское командование к необходимости окружения и изоляции 6-й армии от других сил Вермахта. Ее неизбежный разгром мог быть обеспечен только в ходе контрнаступления частей Красной Армии. К этому выводу пришли политические и военные руководители СССР уже к середине сентября 1942 года. Именно тогда созрел план организации и проведения контрнаступления в районе Сталинграда. Ликвидация немецкой группировки под Сталинградом стала реальностью после её окружения и срыва всех попыток деблокирования 6-й армии и её вызволения из кольца (неудачная попытка соединений люфтваффе в создании и функционировании «воздушного моста» к Сталинграду и, конечно, поражение танковой армады Манштейна, рвавшейся на помощь армии Паулюса).

Результаты Сталинградской битвы позволили оценить ее как переломное событие в ходе Великой Отечественной войны. В ноябре 1943 года Верховный главнокомандующий советскими Вооруженными силами И.В. Сталин так лаконично охарактеризовал значение Сталинградской битвы: «Сталинград был закатом немецко-фашистской армии. После Сталинградского побоища, как известно, немцы не смогли уже оправиться». Год, прошедший с ноября 1942 года по ноябрь 1943-го, вошел в историю как переломный год Великой Отечественной войны. Впоследствии, уже в 50-е годы, Сталинградская битва однозначно характеризовалась как коренной перелом в ходе войны.

Любая попытка представить Сталинградскую битву как случайный, хотя и поворотный эпизод Второй мировой войны означает неприкрытую ревизию всей её истории. Дело в том, что в германской историографии минувшей войны широко растиражирован тезис о случайном возникновении Сталинградской битвы. «...В Сталинграде, – утверждается в одной из исторических публикаций, – речь шла о престиже Гитлера и Сталина. Один диктатор публично сделал ставку на овладение этим большевистским городом-символом, другой же – не хотел отдавать его в руки фашистов». Сталин призывал удержать «его» город любой ценой. Гитлер стремился любой ценой завоевать его. В итоге развернулось ожесточенная и бессмысленная (по крайней мере, с января 1943 года!), с военной точки зрения, борьба. Таким образом, сражение за Сталинград, следовательно, и вся война, представляется как противоборство двух диктаторов. В итоге стирается грань между агрессивной, захватнической войной со стороны Германии и освободительной, Отечественной войной Советского Союза. Следовательно, агрессор и его жертва ставятся на одну доску, а вся война представляется бессмысленным кровопролитием народов двух государств, ставших разменной монетой и жертвой борьбы двух диктаторов. Нетрудно видеть, что за этими рассуждениями скрывается мысль о бессмысленных жертвах, принесенных советским народом в защиту своей свободы и независимости.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  

Успех контрнаступления под Сталинградом в значительной степени зависел от двух весьма неопределенных факторов: во-первых, от стойкости прижатой к Волге 62-й армии, которая должна была удержать позиции в Сталинграде и, во-вторых, от недопущения прорыва немцев из окружения в районе Сталинграда. Части Вермахта настойчиво стремились сломить сопротивление 62-й армии и сбросить ее в Волгу. В условиях непрекращающихся ожесточенных боев бойцы и командиры 62-й армии настойчиво овладевали тактикой ведения современного уличного боя, где решающую роль играли малые по численности, но мобильные и мощные штурмовые группы, вооруженные автоматическим оружием, ножами, гранатами и огнеметами. За ними следовали группы закрепления, оснащенные станковыми пулеметами, легкими минометами и противотанковыми ружьями. С каждым днем совершенствовалось индивидуальное боевое мастерство защитников Сталинграда, высокий уровень которого обеспечивал успех боевых действий. По выражению Виктора Некрасова, «битва за Сталинград была торжеством и величайшей славой русской пехоты».

Обстановка непрекращающихся изнурительных боев предъявляла очень жесткие и суровые требования к вышеначальствующему командному составу, требовала от них небывалой выдержки, самообладания, мужества и хладнокровия, очень гибких, своевременных, подчас незамедлительных и нестандартных подходов к управлению войсками. В этих рамках порой было очень трудно удержаться даже опытным военачальникам. Особенно показательно это проявлялось в выборе места нахождения штабов и командных пунктов. Так, в частности, уже 5 сентября 1942 года член Военного совета Сталинградского фронта Н.С. Хрущев информировал А.С. Чуянова о перемещении военного совета и штаба фронта с правого берега Волги на левый, в район хутора Ямы Краснослободского района. Вопреки неоднократным утверждениям В.И. Чуйкова в наиболее критические дни (середина сентября 1942 года) обороны Сталинграда, он не раз обращался к командующему фронтом А.И. Еременко с просьбой разрешить переход командного пункта армии на левый берег Волги. Как вспоминал маршал A.M. Василевский, в один из критических дней середины сентября 1942 года для обороны Сталинграда И.В. Сталин обязал командующего фронтом А.И. Еременко незамедлительно переправиться на правый берег Волги к В.И. Чуйкову и помочь ему на месте. Однако Еременко два дня откручивался от этого. На третий день он переправился через Волгу, но попал в дивизию Людникова, а не на место, где его ожидал В.И. Чуйков. Вернувшись на следующий день утром на левый берег, А.И. Еременко так и не повидался с ожидавшим его командиром 62-й армии. Имея в виду Еременко, A.M. Василевский заметил: «Он умел выкручиваться и вместе с тем имел большие способности к подхалимству. Вылезать наружу из блиндажа или подземелья, по моим наблюдениям, он не любил». Тем не менее, И.В. Сталин высоко ценил действия Еременко на подступах к Сталинграду, называя его «генералом обороны».

«Обстановка в Сталинграде сложилась так, – отмечает белорусский историк В.В. Бешанов, – что красноармейцы получили своеобразную, невиданную ранее свободу, оставшись без «видных полководцев», которые укатили за Волгу. Самым большим начальником был комбат, который сражался и умирал рядом. Были еще настоящие фронтовые комдивы, которым приходилось ежеминутно самим рисковать жизнью и принимать самостоятельные решения. Солдаты понимали обстановку и верили своим командирам – это очень важно».

Верные своей клятве: «За Волгой для нас земли нет!», бойцы и командиры 62-й армии стояли насмерть. Ожесточенное сопротивление этой армии обескровило и истощило противника физически и морально, сковало маневр его резервов и облегчило тем самым условия для развертывания успешного контрнаступления советских войск.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  

Если операция «Уран», особенно после соединения Донского и Юго-Западного фронтов 23 ноября 1942 года, предопределяла неизбежное поражение 6-й армии, то осуществление операции «Кольцо» войском Донского фронта в конечном итоге вело к полной ликвидации этой армии как боеспособного формирования Вермахта.

6-я армия была обречена на неминуемое поражение с того момента, когда она была окружена в районе Сталинграда превосходящими по численности и вооружению частями Красной Армии, а Гитлер запретил ей покидать «крепость Сталинград». Германское Верховное командование связывало спасение 6-й армии от надвигавшейся катастрофы с установлением «воздушного моста» до Сталинграда и её вызволением из окружения с помощью мощного деблокирующего удара соединениями Вермахта, действующими южнее города на Волге.

Являясь одним из элитных соединений Вермахта, 6-я армия активно взяла на себя осуществление жандармских карательных функций на оккупированной советской территории. Она превратилась в одно из эффективных средств проведения оккупационной политики нацистской верхушки. В основе этой политики разграбления национальных богатств советского государства, порабощения и уничтожения его населения лежал пресловутый план «Ост». С предельно откровенным цинизмом Гитлер следующим образом конкретизировал свои человеконенавистные планы в отношении Сталинграда: «...Сталинград: мужское население уничтожить, женское — депортировать» и далее «после овладения городом необходимо покончить со всем мужским населением, поскольку Сталинград с его проникнутым коммунистическим духом населением в миллион человек представляет особую опасность».

Для осуществления этих планов в рамках 6-й армии были созданы специальные органы, осуществлявшие экономическое ограбление, депортацию советских граждан на принудительные работы в Германию, а также привлечение мирного населения Сталинграда к работам военного характера в районе боевых действий. В районе Сталинграда всей этой деятельностью руководил генеральный квартирмейстер 6-й армии генерал-лейтенант Эдуард Вагнер, который был непосредственно связан с отделом обеспечения армии Генерального штаба сухопутных сил.

Вообще, оккупационные действия 6-й армии в районе Сталинграда еще не получили достаточно полного освещения в отечественной исторической науке. В последнее время появились публикации, в которых показывается, каким насилиям, гнету и издевательствам подвергалось гражданское население Сталинграда со стороны солдат и офицеров 6-й армии. Помимо немцев, особенным бесчинством и зверством отличались их союзники: венгры, румыны, хорваты и «добровольцы» — украинцы. После окружения 6-й армии положение мирного населения Сталинграда стало особенно невыносимо тяжелым: подавляющему большинству из них грозила голодная смерть, так как оккупационные власти изымали у них все продукты питания и теплую одежду.

Сегодня удалось установить, что на временно оккупированной территории Сталинграда оставалось немногим более 28% лиц, перенесших августовские бомбардировки. Однако до сих пор отсутствуют точные сведения о количестве жителей Сталинграда, угнанных на принудительные работы в Германию и привлеченных к работам военного характера в районах боевых действий. Даже в последних немецких публикациях содержатся весьма противоречивые данные. Считается, в частности, что в период с 27 сентября по 2 ноября 1942 года Сталинград покинуло 38 000 жителей. Кроме того, до конца октября 1942 года из района Сталинграда бежало свыше 40 000 человек. Всего «учтенных» беженцев было примерно 80 000 человек, причем только 72 000 из них прошли через лагерь в Белой Калитве. Остальные 8 000 человек, видимо, погибли по разным причинам. По официальным данным германских оккупационных властей, из 25 00 мирных жителей к различным принудительным работам было привлечено около 13 000 человек, в том числе около 4 000 было угнано на рабский труд в Германию и примерно около 5 000 человек были использованы для «нужд» Вермахта и организации Тодта.

В ведении 6-й армии находились и лагеря советских военнопленных, которые содержались в бесчеловечных условиях. Так, только в лагерях, расположенных в районе Воропоново и Гумрака из 3500 военнопленных остались в живых только 20 человек.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  

В 1995 году Гамбургский институт по исследованию социальных проблем организовал первую выставку о действиях Вермахта на Востоке. Организаторами выставки была группа немецких ученых во главе с Ханнес Хеером, которые были активными участниками студенческих выступлений в 1968 году. Экспонаты выставки убедительно свидетельствовали о преступных деяниях военнослужащих 6-й армии. Представленные на выставке документы и материалы шокировали её посетителей, но вызвали возмущение у оставшихся в живых ветеранов, особенно участвовавших в Сталинградской битве. Однако организаторы и многие посетители выставки были единодушны в своих выводах: беды и лишения, выпавшие на долю окруженных под Сталинградом войск, явились своего рода справедливым возмездием за те преступления, которые совершили германские военнослужащие на временно оккупированной территории Советского Союза.

Особое место в оккупационной политике 6-й армии занимало ее отношение к коллаборационистам. Сегодня уже не является секретом, что в годы Великой Отечественной войны на стороне Вермахта против Красной Армии сражалось более 1 000 000 «советских граждан». По некоторым данным в составе 6-й германской армии, штурмовавшей Сталинград, было ни много, ни мало – 51780 «советских граждан», что составляло 27,2% от её общей численности. Иными словами, каждый четвертый наступавший на Сталинград немец был вовсе не немец, а бывший «наш», советский!? Известно, в частности, что 71-я, 76-я и 297-я пехотные дивизии, входившие в состав 6-й армии Паулюса, на 40% от своей штатной численности состояли из лиц, раннее являвшимися советскими гражданами. Эти дивизии до самого последнего дня Сталинградской эпопеи оказывали яростное сопротивление войскам Красной Армии и были окружены вместе со всей 6-й армией. Всего в «котле» оказалось более 20 000 человек, служивших в качестве солдат Вермахта. Это уже помимо 71-й, 76-й и 297-й немецких пехотных дивизий.

Любопытная судьба остальных перевертышей, находившихся в составе 6-й полевой армии, но оказавшихся вне окружения. Среди этих «добровольцев» были казачьи, полицейские, охранные, саперные подразделения и персонал 9-й зенитной дивизии люфтваффе. Из них была сформирована добровольческая свободная дивизия под командованием генерал-майора фон Штумлфельда. Она состояла из 9 батальонов, каждый из которых именовался по имени их командиров, артиллерийской группы, зенитной батареи и танковой роты. Численность этой дивизии составляла 3 тыс. человек и имела на вооружении 75 пулеметов, 26 минометов, 21 противотанковое, 10 полевых и 36 зенитных орудий, а также 5 танков (причем трофейных советских танков). Дивизия сражалась на самых ответственных участках прорыва «Сталинградского котла» и по оценке германского командования показала себя «доблестным, бесстрашным соединением».

Сейчас уже доподлинно известно, что определенная, и довольно немалая, часть населения Дона, основу которого составляло казачество, относилась весьма сочувственно и даже с симпатией к немецким войскам. В некоторых донских станицах местные жители встречали оккупантов с хлебом-солью. Видимо этим объясняется, в частности, тот факт, что одна из зажиточных станиц Дона – станица Нижнечирская (больше походившая на маленький обустроенный городок с каменными, 2-4-четырехэтажными постройками, садами и парками) осталась фактически нетронутой оккупантами. В то же время в других соседних районах после изгнания фашистских захватчиков на месте хуторов и сел остались лишь пепелище и запустение...

Летом и осенью 1942 года здесь, на Дону, в составе Вермахта стали создаваться казачьи части, численность которых к концу 1942 года составила почти 30 000 человек. Затем командование Вермахта разрешило формирование казачьих полков на территории областей Дона, Кубани и Терека. Они комплектовались из добровольцев и военнопленных, бывших советских граждан, перешедших на сторону немцев. Самой большой воинской частью, состоявшей из русских добровольцев, казаков и военнопленных, была дивизия «Фон Штумпфельд». В январе-феврале 1943 года казачьи части участвовали в боях против советских войск на Северном Кавказе. Большое количество казачьих формирований несли охранную службу в тылу и участвовали в карательных операциях против мирных жителей и партизан. Некоторые из этих казачьих частей участвовали в карательных действиях против партизан в странах Юго-Восточной и Южной Европы.

Нельзя категорически утверждать, что германское Верховное командование не видело угрозы, нависшей над 6-й армией. Видимо, располагая достаточной информацией из штаба Паулюса, новый начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал Курт Цайтцер неоднократно настойчиво пытался убедить Гитлера отдать приказ предпринять немедленно попытку отвода 6-й армии из Сталинграда. Но всякий раз он сталкивался с категорическим отказом фюрера. 22 ноября 1942 года Паулюс понял, что окружен, и доложил об этом Гитлеру. Из ставки фюрера немедленно последовал приказ: переместить штаб 6-й армии в Сталинград, сформировать круговую оборону и держаться. 6-я армия, которую Гитлер окрестил «солдатами сталинградской крепости», оказалась в безвыходном положении.

СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА  

Для того, чтобы выжить и продолжать сражаться, 6-й армии необходимо было как минимум 600 тонн грузов в день. Рейхсмаршал Герман Геринг, курировавший над воздушными силами Германии, смог убедить Гитлера в том, что Люфтваффе сможет обеспечить минимальное снабжение 6-й армии по воздуху. Как отмечал в конце 1945 года генерал-фельдмаршал Паулюс (уже находившийся в советском плену), план Верховного командования по снабжению с воздуха не учитывал ни метеорологических условий зимы, ни изменения ситуации, которые постоянно вынуждали перемещать базы воздушного флота все дальше на запад. В результате 6-я армия многие дни совсем ничего не получала, а в другие – вместо ежедневного минимума 600 тонн прибывало самое большее 140 тонн, но чаще всего лишь 80-100 тонн.

Необходимо отметить, что благодаря успешным действиям советских соединений «воздушный мост» стал разрушаться: поставки грузов стали уменьшаться до критического уровня, пока не прекратились полностью к концу января 1943 года. В период с 24 ноября 1942 года по 31 января 1943 года потери люфтваффе на трассе «воздушного моста» составили 488 самолетов. С начала функционирования моста до 24 января 1943 года было эвакуировано 42 тысячи раненых, больных и специалистов. Всего, в течение действия «воздушного моста», 6-я армия получила 6591 тонну грузов, в среднем 72,9 тонн грузов в день.

Зажатая в кольцо окружения, 6-я армия погибала в бессмысленном сопротивлении, гибла от голода, холода и болезней. А Гитлер продолжал уверять: «Я даю слово солдатам 6-й армии, что все делается для того, чтобы выручить их». В эти критические для 6-й армии дни, 13 января 1943 года, Паулюс специальным самолетом направляет своего офицера-порученца капитана Винриха Бера (он был начальником оперативного отдела штаба 6-й армии) в ставку Гитлера, в Берлин. Это была последняя попытка командующего 6-й армией раскрыть глаза фюреру на истинное положение его солдат и офицеров на берегу Волги. С большим трудом, используя свои родственные связи в штаб-квартире Гитлера, капитану Беру удалось пробиться для доклада фюреру. Атмосфера, в которой проходил прием Гитлером представителя офицерского корпуса 6-й армии, произвела на Бера удручающее впечатление. Боевой офицер Вермахта увидел Гитлера, утратившего всякую связь с реальностью. После аудиенции у фюрера Бер пришел к выводу о том, что немцы неизбежно проиграют войну. А спустя шестьдесят лет, вспоминая свою встречу с Гитлером в январе 43-го, В. Бер заключает, что уже тогда он понял, что Гитлер инициировал гибель 6-й армии.

Следующая страница

СЕНАТОР — МРШАЛЫ ПОБЕДЫ
 


 

© Региональный общественный Фонд «Маршалы Победы».
® Свидетельство Минюста РФ по г. Москве.
Основан гражданами России в 2009 г.


117997, г. Москва, Нахимовский проспект, дом 32.
Телефоны: 8(916) 477 22-40; 8(499) 124 01-17
E-mail: marshal_pobeda@senat.org