ПОЛКОВОДЦЫ СТАЛИНГРАДА: статья директора музея-панорамы «Сталинградская битва» Бориса Усика в рамках «Года памяти Маршала Победы А.М. Василевского»
журнал СЕНАТОР
журнал СЕНАТОР

ПОЛКОВОДЦЫ СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ


 

 

БОРИС УСИК,
директор Государственного музея-панорамы «Сталинградская битва»

Полководцы Сталинграда... Как много значат эти слова в истории России и в истории мира, и как мало сказано о тех, кто остался в истории и памяти людей, и о тех, кто исчез в вечности небытия. Прославленные и обласканные, награжденные и возвышенные, репрессированные и расстрелянные, попавшие в окружение и сумевшие пробиться, проклятые своим народом и покрытые позором пренебрежения врага, своей смертью поправ смерть свою и чужую, они, прижатые вместе со своими боевыми товарищами к Волге, совершили то, что вписало их имена золотыми буквами в историю человечества.

Кто они? Откуда пришли их полки и дивизии на берег Волги?

Как и всех полководцев Страны Советов, полководцев Сталинграда необходимо представлять тремя поколениями военачальников. Первое поколение – это полководцы великих потрясений на нашей земле – революций и гражданских войн, национальных и межгосударственных конфликтов.
Они сражались еще в Первую мировую, имели боевой опыт и, пройдя горнила революций и Гражданской войны, принесли все лучшее, что могли, в молодую Красную Армию, пока не осознавая, что Красная Армия будет инструментом политики вождей и генсеков, их опыт, великолепная подготовка и лучшие знания военных профессионалов будут перечеркнуты политическим недоверием вождей.
Многие из лучших и лучшие из многих из-за репрессий и политической борьбы в начале 30-х годов XX века не дожили до Великой Отечественной. Их имена навечно останутся в памяти народа, их подвиги записаны в старые учебники истории, прославлены в песнях и названиях улиц городов. Сейчас нельзя предугадать, как бы сложился ход Второй мировой войны, особенно ее начальный период, если бы были в строю М. В. Фрунзе и Я. Б. Гамарник, В. К. Блюхер и М.Н. Тухачевский, Ф.Э. Дзержинский и А. И. Егоров и многие другие, более и менее знаменитые и прославленные. В Сталинградской битве их товарищи и сослуживцы достойно несли тяжелую командирскую ношу.
Солдаты Первой мировой – полководцы Второй мировой войны. Многие из них со своим противником встретились еще на полях сражений Первой мировой. Немецкие унтер-офицеры тоже стали генералами и фельдмаршалами, хотя отдельные остались ефрейторами. Вот из-за них и по их воле пришли к берегам Волги генералы и фельдмаршалы «третьего рейха», и пока по их воле привели многочисленные армии и дивизии, чтобы сделать нас рабами, а земли, политые потом и кровью наших дедов и прадедов, использовать по своему усмотрению, установив на них «железный» немецкий порядок.
А здесь вдруг не совсем так. Не подчинились уже знакомому по Первой мировой немецкому порядку войска, защищавшие Сталинград. Войска К. К. Рокоссовского и К. П. Трубникова, Р. Я. Малиновского и Е. И. Василенко и многих сотен других командиров, знавших газовые атаки Первой мировой и знаменитый прорыв Брусилова, шаблонность немецкой тактики и стратегии и неготовность их союзников, согнанных под Сталинград со всей Европы, переносить тяготы и лишения настоящей войны.
После первых сражений на западных границах СССР немецкий генеральный штаб сделал обобщенное заключение: «Русские овладели тактикой арьергардных боев, и их дивизии и армии не поддаются окружению...» А нет! «Русские» не овладели тактикой арьергардных боев, а «вспомнили» то, чему учили военные академии и училища царской России, и «вспомнили» опыт Первой мировой. Почему-то, когда нас бьют, и бьют очень сильно, мы быстро «вспоминаем», чему учили нас, и умеем это применять.
Не все, правда, обладали этим опытом. Так, Маршал Советского Союза Г. И. Кулик, получивший звание Героя Советского Союза за финскую кампанию, когда горно-вьючные 45-миллиметровые пушки, перемещаемые на лошадях и малых санях, внесли достойный вклад во взятие оборонительных рубежей линии Маннергейма, оказался абсолютно не готов к ведению современной войны. После неудачи с прорывом 2-й ударной армии Власова, где Г. И. Кулик был представителем Ставки, он был разжалован до «генерал-майора» лично Верховным Главнокомандующим.
Но это были исключения. Большинство командиров старой, царской школы были настоящими полководцами и патриотами России. Неудачи 1941 года лежат на совести политического руководства страны, которое, навязав теорию «войны наступательной», «малой кровью», «на чужой территории», лишило военачальников возможности применять, например, ту же тактику окружения «клещами танковых и механизированных соединений», которую немецкие командиры взяли на вооружение. А теория-то была разработана нашими военными под руководством В. К. Триандафиллова и М. Н. Тухачевского, да и немецкие полководцы учились в наших училищах и академиях.
После неудачной операции советских войск под Харьковом в мае 1942 года из окружения вышла, сохранив полностью вооружение, 15-я гвардейская стрелковая дивизия под командованием Василенко Емельяна Ивановича – полководца первого поколения, участника войн начала века. Удивительно то, что звание гвардейской дивизия получила 16 февраля 1942 года, а 27 марта награждена орденом Красного Знамени «...за проявленные отвагу и высокое воинское мастерство». И это было тогда, когда, как пишут сейчас многие, в том числе и наши историки, вся Красная Армия отступала.
А ведь таких дивизий и корпусов были десятки. А корпус К. К. Рокоссовского, будущего командующего Донским фронтом, завершившим Сталинградскую битву?! Корпус, который был на начальной стадии формирования, провел на западной границе наступательную операцию и сдерживал танковые клинья немецких дивизий почти месяц.
Потом было сражение за Москву, где К. К. Рокоссовский, собирая вместе с Г. К. Жуковым отступающие части, сумел остановить четыре армии вермахта, две танковые и две полевые общим числом девяносто дивизий. Когда-то Г. К. Жуков был командиром полка в кавалерийской дивизии, которой командовал К. К. Рокоссовский. Затем они были в Сталинградском сражении и победили, победили своим опытом, своими знаниями, победили своей любовью к Родине, к армии, к своей полководческой профессии.
Таких, как они, после репрессий тридцатых годов было немного, в процентном отношении командиров высшего звена было менее 20 %, но, занимая ключевые должности в наиболее сложные моменты сражений, они вырастили второе и третье поколения полководцев, которые затем составили основной по количественному составу корпус генералов Красной, а затем и Советской Армии.
Молодые, преданные, но не имеющие того опыта, который имели полководцы первого поколения, они быстро переместились по служебной лестнице, получили высокие воинские звания и были обречены на военную неудачу в тяжелый 1941 год. История донесла до нас неумение этих полководцев управлять войсками в сложнейшей обстановке начального периода. А как они могли управлять, когда три-четыре месяца назад тот же командующий Западным фронтом Д. Г. Павлов был командиром танковой дивизии, командующий Киевским особым округом – командиром стрелковой дивизии, отличившейся при взятии линии Маннергейма в финской кампании. Командующие авиационными армиями были вчерашними командирами полков и эскадрилий. Основная авиационная сила в Сталинградской битве – 8-я воздушная армия. Ее командующий Хрюкин Тимофей Тимофеевич еще в 1938 году был командиром эскадрильи в Белорусском военном округе в звании «старший лейтенант», в 1939 году – командующий ВВС 14-й общевойсковой армии, полковник, а в 1942 году – командующий 8-й воздушной армией, генерал-майор.
Так же сложилась судьба и командующего 16-й воздушной армией Руденко Сергея Игнатьевича, который в 1927 году был учлетом Качинской авиашколы, а в 1934 году уже командовал 31-й смешанной авиационной дивизией в звании полковника. Быстрый подъем по служебной лестнице допустим и безвреден в мирное время, а в войну это оборачивалось большой трагедией.
Горели сотнями наши самолеты, не поднявшись в воздух, на приграничных аэродромах, погибали наши летчики в первые боевые вылеты, и потери один к десяти за 1941 год потом неимоверным трудом всего советского народа удалось восстановить лишь к битве на Курской дуге, где наша авиация имела превосходство в воздухе. Ко второму поколению полководцев Сталинграда можно отнести и командующего Юго-Западным фронтом в дни Сталинградской битвы генерал-лейтенанта Ватутина Николая Федоровича. В 1925 году Николай Федорович был командиром роты, а в июле 1942-го – командующим Воронежским фронтом. Он был рожден с талантом полководца и, умело опираясь на опыт и знания полководцев первого поколения, сумел стать наравне с ними. В полководческой плеяде звезда Н. Ф. Ватутина была одной из самых ярких. Как и Черняховского Ивана Даниловича. Они представляли полководческий корпус второго поколения, того поколения, которое и составило основную часть полководцев Великой Отечественной войны.
Они были молоды, любимы народом и вождями, они быстро учились, они спешили жить, спешили решать не оглядываясь... И погибали... Десятками, сотнями за войну. Их вырастило время и опыт старших товарищей – полководцев первого поколения. Огромное сожаление вызывает их гибель, ведь с ними судьба России в послевоенный период наверняка была бы иной. Второе поколение полководцев Сталинграда решило и предопределило исход важнейших операций Великой Отечественной и завершающей фазы Второй мировой войны. Эти полководцы и решали судьбу вооруженных сил, и не только своей страны, в послевоенный период.
Так, например, начальник штаба 62-й армии Н. Н. Крылов первым получит должность Главкома Ракетных войск стратегического назначения и к этому высшее воинское звание. Маршал Советского Союза В. И. Чуйков, командующий 62-й армией в Сталинградской битве, в будущем – Главнокомандующий Сухопутными войсками Советского Союза. И таких генералов, воевавших под Сталинградом, прошедших путь до Берлина, а то и до Тихого океана, было значительное количество. Их боевой опыт, знания, вера в тех, с кем они прошли дорогами войны, еще долго служили на благо Родины, укрепляя Вооруженные Силы, постоянно совершенствуя их боевую выучку и техническое оснащение.
Примерно до конца 60-х годов Вооруженные Силы СССР были непреодолимой силой благодаря находящимся в строю полководцам второго поколения. Беспредельно честные и преданные воинскому долгу, они и после Великой Победы продолжали сражаться. Отстаивали структуру Вооруженных Сил, их обеспечение, подготовку, право на жизнь отдельных родов войск, видов вооружения перед вождями и генсеками. И очень часто, по крайней мере, по сравнению с военными потерями, погибали если не физически, то морально и нравственно. Судьбы Г. К. Жукова и Н. Г. Кузнецова, К. К. Рокоссовского и Т. Т. Хрюкина как в зеркальном отражении повторяли судьбы многих полководцев предвоенных лет. В одном ряду с ними и Маршал Советского Союза С. Ф. Ахромеев, поднявшийся над смертью во имя чести полководца.
Третьим поколением полководцев Сталинграда и всей Великой Отечественной были самородки с талантом от бога, имена которых всегда появлялись в дни смутного времени и военных трагедий. Великий народ, тысячами лет населяющий Евразию, из своих многочисленных наций и народностей всегда выдвигал достойных «полки водить», а народное вече и ополчение в разные периоды сами выбирали, кто их поведет на битву. История сохранила в памяти имена многих тысяч ранее неизвестных военачальников, которые раскрывали свой талант в самые тяжелые дни военного лихолетья.
К ним мы относим командиров среднего, а значит, основного по тяжести и сложности выполнения боевых задач, звена. Командиры полков, бригад, дивизий в Сталинградской битве в целом сменились трижды.
В ночь с 22 на 23 сентября 1942 года на правый берег Волги двумя полками переправилась 284-я стрелковая дивизия полковника Н. Ф. Батюка. Николай Филиппович Батюк был в воинском звании подполковника, 38 лет от роду, в прошлом рабочий. Это его дивизия переломила ситуацию, сложившуюся в центральной части Сталинграда, где к этому моменту высадившиеся ранее 13-я гвардейская и 95-я стрелковые дивизии потеряли за неделю до 80 % личного состава. А ведь это – кадровые дивизии, а генерал А. И. Родимцев и полковник В. А. Горишный были опытными командирами и вели бои в Сталинграде на пике своего полководческого мастерства, сдерживая пятикратно превосходящего противника. В своих воспоминаниях командующий Сталинградским фронтом А. И. Еременко отмечал: «...В эти дни в ожесточенных боях 13-я гвардейская, 95-я и 284-я стрелковые дивизии выдержали самый яростный натиск противника и не допустили его выхода к Волге в центральной части города, воспрепятствовали ему также и в овладении Мамаевым курганом».
Потребности в командирах среднего и старшего звена особенно сказались к лету 1942 года. Это потери в приграничных боевых операциях, когда армии и дивизии, выдвигаясь в районы боевого предназначения, попадали в немецкие «клещи», это сражения за Украину, Смоленск, Крым и, безусловно, битва за Москву. Многочисленные курсы по подготовке офицерского состава, как при всех военных училищах, так и самостоятельно, не могли удовлетворить потребности фронта, и уже на начало 1942 года потребность в командирах среднего звена (батальон – полк) достигла 60 % от имеющихся должностей в действующей армии, а в бригадах и дивизиях – до 30 % должностей. Да и как могло быть иначе, когда в дни Сталинградской битвы командир батальона выбывал из строя через три недели, полка – через полтора месяца, бригады и дивизии – через четыре месяца. Поэтому и потери третьего поколения полководцев Великой Отечественной войны были самыми многочисленными. За 200 дней и ночей Сталинградской битвы погибло 1027 командиров батальонов, 207 командиров полка, 96 командиров бригад, 18 командиров дивизий. Те командиры среднего звена, кто прошел Сталинград, затем командовали соединениями и являлись основным исполнительным командным составом армий и фронтов в последующих операциях Великой Отечественной и Второй мировой войны.
Если репутация полководцев первого поколения была в глазах народа резко снижена из-за репрессий 30-х годов и неудач в локальных конфликтах, особенно в конфликте с Финляндией 1939—1940 годов, полководцев второго поколения – из-за начального периода войны, то третье поколение было настолько уважаемо и авторитетно, особенно полководцы Сталинградской битвы, что к 1952 году среди Маршалов Советского Союза и маршалов родов войск 50 % составляли те, кто сражался в Сталинградской битве, среди генерал-полковников – 38 %, генерал-лейтенантов – 21 %, генерал-майоров – 18 %. Опыт, приобретенный полководцами в самом тяжелом и кровопролитном сражении XX века, дал им право быть в первой шеренге полководцев мировой военной истории.
Чтобы оценить вклад полководцев Сталинградской битвы в судьбу нашего Отечества как в военное, так и мирное время, необходимо учесть следующие факты: всего за историю Советского Союза высшее воинское звание – Маршал Советского Союза – и равное ему – Адмирал Флота Советского Союза – было присвоено 44 полководцам, в том числе и Л. И. Брежневу, и Л. П. Берии. За период с 22 сентября 1935 года, когда было введено высшее воинское звание «Маршал Советского Союза», по 28 апреля 1990 года, когда оно было присвоено последнему Маршалу Советского Союза – Язову Дмитрию Тимофеевичу, оно было присвоено 41 человеку и троим – звание «Адмирал Флота Советского Союза». Всего 44 военачальника носили форму высшего признания их полководческих заслуг, полководческого таланта. И 14 из них участвовали в Сталинградской битве! Если к ним присоединить И. В. Сталина и Д. Ф. Устинова, сделавших для победы в Сталинградской битве все возможное и даже больше, то из 44 Маршалов Советского Союза 16 подняли свой маршальский жезл в окопах Сталинграда. Назовем этих полководцев. Они – военачальники разных поколений, но их объединяют два великих слова – «Сталинград» и «Полководец»:
АХРОМЕЕВ Сергей Федорович, командир взвода 197-го стрелкового полка 28-й армии;
БИРЮЗОВ СЕРГЕЙ СЕМЕНОВИЧ, начальник штаба 2-й гвардейской армии;
ВАСИЛЕВСКИЙ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ, начальник Генерального штаба Красной Армии;, представитель Ставки ВГК;
ГОЛИКОВ ФИЛИПП ИВАНОВИЧ, командующий 1-й гвардейской армией;
ЕРЕМЕНКО АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ, командующий Сталинградским фронтом;
ЖУКОВ ГЕОРГИЙ КОНСТАНТИНОВИЧ, заместитель Верховного Главнокомандующего;
КОШЕВОЙ ПЕТР КИРИЛЛОВИЧ, командир 24-й гвардейской стрелковой дивизии;
КРЫЛОВ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ, начальник штаба 62-й армии;
МАЛИНОВСКИЙ РОДИОН ЯКОВЛЕВИЧ, командующий 66-й и 2-й гвардейской армиями;
МОСКАЛЕНКО КИРИЛЛ СЕМЕНОВИЧ, командующий 1-й танковой и 2-й гвардейской (первого формирования) армиями;
РОКОССОВСКИЙ КОНСТАНТИН КОНСТАНТИНОВИЧ, командующий Донским фронтом;
ТИМОШЕНКО СЕМЕН КОНСТАНТИНОВИЧ, командующий Сталинградским фронтом;
ТОЛБУХИН ФЕДОР ИВАНОВИЧ, командующий 57-й армией;
ЧУЙКОВ ВАСИЛИЙ ИВАНОВИЧ, командующий 62-й армией.
Маршальские звания они получат после Сталинградской битвы, некоторые уже в мирное время, после Победы, за исключением С. К. Тимошенко, получившего его 7 мая 1940 года. Но и маршалы, и генералы – все они были великими патриотами своей Родины, полководцами Великой Армии, в которой все были сыновьями своего народа. Это их полки и дивизии, корпуса и армии, отступая, прорываясь и погибая, уносили жизни врагов, сражаясь за Брест и Киев, Минск и Смоленск, Сталинград и Севастополь. Это они сокрушили «непобедимые» армады танковых и полевых армий «тысячелетнего» рейха. Их стратегия оказалась выше, а тактика хитрее, чем у родовитых прусских фельдмаршалов и генералов. Это их сержанты смогли превратить дома в неприступные крепости, а солдаты стояли насмерть там, где никто и никогда бы не выстоял.
Настоящие и будущие поколения живущих на этой земле в неоплатном долгу перед ними

СЕНАТОР — МРШАЛЫ ПОБЕДЫ
 

 


® Федеральный журнал «СЕНАТОР», свидетельство №014633 Комитета РФ по печати (1996).
Учредители: ЗАО «Издательство «ИНТЕРПРЕССА» (г. Москва); Администрация Тюменской области.
Тираж – 20 000 экз., объем – 200 полос. Полиграфия: ScanWeb (Finland).
Телефон редакции: +7 (495) 764-49-43. E-mail: senatmedia@yahoo.com
.


В с е   п р а в а   з а щ и щ е н ы   и   о х р а н я ю т с я   з а к о н о м   РФ – © 1996-2016.
Мнение авторов необязательно совпадает с мнением редакции. Перепечатка материалов и их использование в любой
форме обязательно с разрешения редакции со ссылкой на Федеральный журнал «СЕНАТОР» ИД «ИНТЕРПРЕССА».
Редакция не отвечает на письма и не вступает в переписку.