Александр СКВОРЦОВ: «ПОЛКОВОДЧЕСКОЕ ИСКУССТВО А.М. ВАСИЛЕВСКОГО» – основной доклад заместителя начальника Генерального штаба ВС Российской Федерации

 

 
           Главная
           О ФОНДЕ
           МАРШАЛЫ
           ПРОЕКТЫ
           НОВОСТИ
           БИБЛИОТЕКА
           ФОТОГАЛЕРЕЯ
           ВИДЕОТЕКА
           ПАРТНЁРЫ
           ПИСЬМА
 

 
  

 

 

 
  
ФОНД «МАРШАЛЫ ПОБЕДЫ»

ПОЛКОВОДЧЕСКОЕ ИСКУССТВО
МАРШАЛА СССР А.М. ВАСИЛЕВСКОГО

(основной доклад Международной заочной конференции «Маршал Василевский и его вклад в Победу»
 

 

АЛЕКСАНДР СКВОРЦОВ,
Заместитель начальника Генштаба
Вооруженных Сил Российской Федерации, генерал-полковник

Генерал-полковник Александр СКВОРЦОВ – заместитель начальника Генерального штаба – председатель Военно-научного комитета Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации

СКВОРЦОВ
АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ

Заместитель начальника Генерального штаба – председатель Военно-научного комитета Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, генерал-полковник
Родился 13 мая 1948 года в г. Химки Московской области.
Окончил Ульяновское гвардейское высшее танковое командное училище (1970), Военную академию бронетанковых войск (1978), Военную академию Генерального штаба (1985).
С 1994 по 1998 год – заместитель начальника Военной академии Генерального штаба ВС РФ по научной работе.
С 1998 года – председатель военно-научного комитета Генерального штаба – помощник начальника Генерального штаба Вооруженных Сил РФ по военно-научной работе.
С 1999 года – заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ.
Кандидат политических наук, доцент.
Награжден орденами «За службу Родине в ВС СССР» III степени, «За военные заслуги», Почета.
Женат, имеет двоих детей.

С именем дважды Героя Советского Союза, Маршала Советского Союза Александра Михайловича Василевского, занимавшего в годы Великой Отечественной войны посты начальника Генерального штаба, члена Ставки Верховного Главнокомандования, командующего войсками фронта, Главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке связаны организация и проведение крупнейших операций, оригинальных по своим замыслам и блестящих по конечным результатам. Существенный вклад он внес в организацию обороны Москвы, а затем как представитель Ставки ВГК стал одним из творцов и исполнителем плана сокрушительного разгрома ударных сил Вермахта под Сталинградом. Непосредственное участие А.М. Василевский принимал в разработке и осуществлении операций по разгрому противника на Курской дуге, при освобождении Донбасса и Крыма, Белоруссии и Прибалтики. Под его командованием войска 3-го Белорусского фронта внесли решающий вклад в разгром восточно-прусской группировки Вермахта в 1945 году. А блестяще проведенная Дальневосточная кампания привела милитаристскую Японию к окончательному краху, стала последней, победной точкой во Второй мировой войне.

 

Свою военную карьеру Александр Михайлович начал в 20-летнем возрасте, поступив в 1915 году в Алексеевское военное училище. Через четыре месяца в звании прапорщика он уже участвовал в Первой мировой войне на Юго-Западном фронте в должности командира полуроты 409-го Новохоперского пехотного полка 103-й дивизии. Весной следующего года А.М. Василевский принял роту, которая вскоре была признана одной из лучших в Новохоперском полку по воинской дисциплине и боеспособности. В период знаменитого Брусиловского прорыва он, исполняя обязанности командира батальона, проявил себя с самой лучшей стороны.
В 1919 глду А.М. Василевский был призван на службу в РККА, где за время Гражданской и советско-польской войн прошел путь от командира взвода до помощника командира полка, затем командовал стрелковым полком.
Именно в эти годы Александр Михайлович стал настоящим профессионалом своего дела. Его отличали трудолюбие, высокие творческие способности, обязательность, организованность, твердость в отстаивании собственных решений, причем все это сочеталось с его природной скромностью, корректным, уважительным отношением к подчиненным.
А.М. Василевский, используя полученные еще в годы Гражданской войны знания и опыт, являлся активным проводником идей реформирования Красной Армии. Он внимательно изучал старое и все то новое, что появлялось в 1920-е годы в военной теории, – труды дореволюционных российских и советских военных ученых и специалистов: М.Д Скобелева, С.О. Макарова, М.В. Фрунзе, Б.М. Шапошникова, М.Н. Тухачевского, В.К. Триандафиллова, И.П. Уборевича и других. Его статьи под псевдонимами «Александров», «Васильев», «Михайлов» нередко появлялись на страницах журнала «Военный вестник». Именно в эти годы А.М. Василевский, прошедший различные ступени служебной лестницы тактического звена, прилагает все силы, чтобы изучить сложный войсковой организм, познать, каким потенциалом и возможностями он обладает и как можно реализовать в бою каждое его звено – отделение, взвод, роту, батальон.
На грамотного и пытливого командира обратил внимание В.К. Триандафиллов. Именно по его рекомендации будущего гениального полководца А.М. Василевского переводят в Москву, в центральный аппарат, где он получает первый опыт штабной работы.
В период службы в Управлении боевой подготовки РККА, а затем в штабе Приволжского военного округа Александру Михайловичу довелось встретиться со многими советскими военачальниками. Он перенимал их опыт, стремясь еще глубже освоить военную науку. Вполне закономерно, что он был зачислен в Академию Генерального штаба РККА в числе первых 137 её слушателей.
Преподавательский состав академии, в числе которых были выдающиеся военные теоретики, знакомили слушателей с новыми взглядами на формы и способы ведения военных действий в условиях современной войны, что помогало им выработать системный подход к решению оперативных и стратегических задач. Недаром не только А.М. Василевский, но и многие слушатели первого набора академии стали в годы Великой Отечественной войны крупными военачальниками. А.И. Антонов И.Х. Баграмян, Н.Ф. Ватутин, Л.А. Говоров и П.А. Курочкин – вот далеко не полный список сокурсников Александра Михайловича.
Политические репрессии конца 1930-х годов лишили Вооруженные Силы СССР значительной части командно-политического, научного и преподавательского состава. Вслед за этим, как вынужденная мера, последовала волна быстрых назначений и перемещений. Около 30 слушателей академии уже в конце первого года обучения были назначены на различные командные и штабные должности, либо преподавателями военно-учебных заведений. А.М. Василевскому поступило предложение от начальника Генерального штаба Б.М. Шапошникова занять должность начальника отделения оперативной подготовки. Связав свою дальнейшую службу с Генеральным штабом, Александр Михайлович прослужил в нем, продвигаясь по служебной лестнице, более десяти лет: с октября 1937 года по февраль 1945 год, а затем – с марта 1946-го по март 1949 год.
А.М. Василевский – достойный ученик Б.М. Шапошникова, они были близкими по духу и с одинаковой ответственностью относились к воинской службе, были высокообразованными, эрудированными, широко и смело мыслящими людьми. Сближало их и то, что оба учились в Алексеевском военном училище, прошли Первую мировую войну.
Первое боевое крещение в качестве генштабиста А.М. Василевский получил во время военного конфликта, развязанного в июле 1938 года японцами на дальневосточной границе СССР – в районе озера Хасан.
В 1939 году А.М. Василевский, оставаясь начальником отделения оперативной подготовки, был назначен по совместительству помощником начальника оперативного отдела Генерального штаба. По поручению Б.М. Шапошникова он разрабатывал документы на случай военного решения пограничного спора с Финляндией. Подготовленный им план возможных военных действий был одобрен начальником Генштаба. Однако И.В. Сталин счел его слишком масштабным и приказал пересмотреть. Как известно, советское руководство недооценило возможности финской армии к упорному сопротивлению, что как раз и учитывал первоначальный план. В результате начавшиеся 30 ноября 1939 года военные действия приняли затяжной характер. Потребовалось вновь планировать операцию, готовить к ней войска. А.М. Василевский по решению Б.М. Шапошникова, непосредственно участвовал в этой работе, исполняя обязанности заместителя начальника Генерального штаба по оперативным вопросам. Именно тогда состоялись первые его поездки вместе с Борисом Михайловичем в Кремль, встречи с руководителями страны и лично с И.В. Сталиным.
Неудачи начала первых месяцев войны послужили уроком для войск и штабов. 11 февраля 1940 года войска вновь перешли в наступление. Прорвав оборону противника, они вынудили руководство Финляндии запросить мира.
Сразу же после окончания советско-финской войны Генштаб приступил к разработке основ развертывания Вооруженных Сил на случай войны с Германией. Принятый осенью 1940 года план неоднократно уточнялся в связи с реорганизацией Вооруженных Сил, изменением международной обстановки, а также из-за наращивания Германией и Японией своих сил у советских границ. И всякий раз очередной вариант оперативной части плана стратегического развертывания РККА и пояснительной записки к нему разрабатывался при непосредственном участии А.М. Василевского.
Это были месяцы, когда войска нацистской Германии почти беспрепятственно шагали по Европе, а Япония расширяла военные действия в Китае. 27 сентября 1940 года в Берлине был подписан военный пакт между Германией, Италией и Японией. Этот агрессивный тройственный союз в первую очередь был направлен против СССР.
А.М. Василевскому, которому в июне 1941 года было присвоено звание «генерал-майор», было поручено разработать оперативный план сосредоточения и развертывания Вооруженных Сил для отражения агрессии с запада. Окончательный вариант предполагал, что заранее отмобилизованные войска вступят в войну полностью изготовившимися. Однако целиком воплотить в жизнь и завершить намеченные мобилизационные и организационные мероприятия не удалось…
В общем, к началу Великой Отечественной войны Александр Михайлович прошел сложный путь становления его как военного профессионала. Это был период напряженной работы над повышением уровня своих знаний, расширения военно-политического кругозора, обогащения опытом командной и штабной работы, формирования стратегического мышления. Все это позволило ему стать одним из тех, кто оказался наиболее подготовленным к выполнению сложнейших задач в период Великой Отечественной войны.
30 июля 1941 года И.В. Сталин вновь назначил Б.М. Шапошникова начальником Генерального штаба. Учитель сразу выдвинул А.М. Василевского на должность своего заместителя – начальника Оперативного управления Генерального штаба.
Становление А.М. Василевского как полководца проходило на командных пунктах фронтов и армий, осуществлявших напряженные наступательные или оборонительные операции. Из всех месяцев военной поры 22 месяца он провел на фронте, выполняя ответственные поручения Ставки Верховного Главнокомандования. Его труд был оценен по заслугам. Если начало Великой Отечественной войны Александр Михайлович встретил в звании генерал-майора и в должности заместителя начальника Оперативного управления Генерального штаба, то в июне 1942 года он уже начальник Генштаба, в октябре одновременно заместитель наркома обороны. 16 февраля 1943 года ему было присвоено воинское звание Маршал Советского Союза.
По мере повышения значения Генерального штаба в стратегическом планировании рос в глазах Верховного Главнокомандующего и личный авторитет А.М. Василевского. Осенью 1941 года, когда враг угрожал столице, основной состав Генерального штаба был эвакуирован в Куйбышев. В Москве осталась совсем небольшая его группа – девять человек во главе с Александром Михайловичем, который стал ближайшим помощником И.В. Сталина. При непосредственном участии А.М. Василевского были разработаны и предприняты меры к тому, чтобы остановить противника под Москвой и подготовить контрнаступление Красной Армии.
С началом Московской битвы в крайне тяжелой обстановке оказались войска Западного, Резервного и Брянского фронтов. Окружение значительной их части под Вязьмой и Брянском потребовало от Ставки ВГК и Генерального штаба титанических усилий по организации обороны. 5 октября Государственный Комитет Обороны принимает решение о защите столицы. В район Гжатска и Можайска выезжает государственная комиссия в составе В.М. Молотова, К.Е. Ворошилова, В.С. Абакумова и Л.З. Мехлиса. Вместе с ней как представитель Ставки направляется А.М. Василевский в сопровождении группы офицеров Генштаба с задачей организовать вывод войск из вяземского котла. В течение четырех суток из разрозненных частей и групп, вырвавшихся из окружения, а также из резерва Ставки были собраны и направлены в район Можайска четыре полнокровные стрелковые дивизии. В одном из своих докладов в Ставку А.М. Василевский вносит предложение объединить Западный и Резервный фронты. Вскоре оно, поддержанное и членами государственной комиссии, было принято.
Идея контрнаступления под Москвой начала вынашиваться, по выражению самого Александра Михайловича, еще в начале ноября 1941 года. А уже в конце того же месяца Ставка ВГК потребовала от И.С. Конева – командующего войсками Калининского фронта подготовить план перехода войск в контрнаступление. При его разработке возникли большие сомнения в возможности такого перехода в связи со слабой укомплектованностью войск фронта. Однако А.М. Василевский, который непосредственно занимался формированием резервов, а потому досконально знал состояние всех войск, убедил И.С. Конева конкретными цифрами. Выехав в штаб Калининского фронта, он совместно с его командованием завершил доработку плана контрнаступления. Там и было принято решение рекомендовать Ставке ВГК начать 5 декабря 1941 года контрнаступление, ставшее историческим. Анализируя успех контрнаступления под Москвой, А.М. Василевский особое внимание акцентировал на своевременном накоплении и целенаправленном использовании стратегических резервов.
К началу общего наступления Красной Армии зимой 1941/42 годов Верховное Главнокомандование сумело подготовить в качестве резерва 11 армий, 6 из которых – 1-я ударная, 20, 10, 61 и 39-я сыграли решающую роль в битве под Москвой. Немалая заслуга в этом принадлежит А.М. Василевскому. Именно под его руководством разрабатывались директивы фронтам, готовились предложения по распределению людских и материальных ресурсов.
В любой критической ситуации Александр Михайлович умел находить самые оптимальные решения. А ведь в подобных случаях не обойтись без личного мужества, умения убедить других силой своей логики и неопровержимой аргументацией. А.М. Василевский обладал такими моральными и волевыми качествами, такой эрудицией, которые позволяли ему успешно действовать самому и направлять действия других, при этом точно прогнозируя развитие событий на всем театре военных действий.
Примечательна роль А.М. Василевского в событиях на южном крыле советско-германского фронта весной и летом 1942 года. После завершения зимней кампании перед Ставкой ВГК встал вопрос, что следует предпринять дальше. В общем стратегическом плане, изложенном в директивном письме Ставки ВГК № 01 от 10 января 1942 года, ставилась задача окончательного разгрома противника и освобождения всей оккупированной советской территории. На основе тщательной оценки обстановки Генеральный штаб пришел к выводу, что ближайшей задачей советских войск должна стать стратегическая оборона. Её цель – не только сорвать готовящееся наступление противника, но и, существенно ослабив его силы, создать благоприятные условия для перехода в решительное наступление. При этом предусматривалось не позднее июня накопить крупные резервы войск, вооружения, военной техники и материальных средств, а затем перейти в наступление для достижения поставленной цели.
И.В. Сталин с этим планом в принципе согласился, но посчитал его пассивным. Он полагал, что кампанию необходимо начать активными наступательными действиями по всему фронту, причем так измотать врага, чтобы он растянул свои ударные группировки на всех направлениях. Иными словами сделать их неспособными к нанесению мощных ударов на московском направлении и на юге страны. Хотя Генеральному штабу не удалось доказать свою правоту, окончательного решения принято не было. К тому же командующие фронтами настаивали на проведении наступательных операций на своих направлениях. В частности, Г.К. Жуков, в целом одобрив предложения Генштаба, был склонен провести наступательную операцию лишь на западном направлении. Маршал С.К. Тимошенко стоял во главе Югo-Западного направления, поддержав Г.К. Жукова, предложил одновременно провести наступление силами Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов, имея в виду выход на правый берег Днепра.
В результате И.В. Сталин принял решение перейти к стратегической обороне, но в то же время почти на всех направлениях – от Карелии до Крыма провести частные наступательные операции.
Одной из них была операция в районе Харькова. Здесь войска Юго-Западного фронта 12 мая перешли в наступление со старо-салтовского и барвенковского плацдармов с целью окружения и разгрома противника и последующего освобождения Харькова. Однако уже 17 мая противник нанес мощный удар под основание Барвенковского выступа. В результате над всей группировкой советских войск, находившейся на выступе, нависла угроза окружения. Получив из штаба Юго-Западного направления первые сообщения о прорыве противника, А.М. Василевский доложил И.В. Сталину, что обстановка на Барвенковском выступе критическая и предложил прекратить наступление Юго-Западного фронта, мотивируя это тем, что вблизи прорыва нет резервов Ставки, которые могли бы немедленно помочь Южному фронту. Кроме того, он считал необходимым часть сил ударной группировки Юго-Западного фронта бросить на пресечение вражеской угрозы со стороны Краматорска. Верховный Главнокомандующий решил сначала выяснить мнение С.К. Тимошенко. Точное содержание телефонных переговоров И.В. Сталина с командующим фронтом не известно. Однако когда А.М. Василевский во время очередного своего вызова в Кремль вновь повторил предложение остановить наступление, И.В. Сталин заявил, что предпринимаемых командующим фронтом мер вполне достаточно для отражения удара врага против армий Южного фронта, а потому Юго-Западный фронт будет продолжать наступление. К сожалению, прогноз А.М. Василевского оказался безошибочным. Наступление пришлось все-таки прекратить, но уже в критической для советских войск ситуации.
Вполне возможно, что именно позиция А.М. Василевского во время Харьковского сражения натолкнула И.В. Сталина на мысль возложить на него временное исполнение обязанностей начальника Генерального штаба. 26 июня 1942 года А.М. Василевский был утвержден в этой должности.
На этом посту А.М. Василевскому пришлось решать проблему ликвидации угрозы окружения и разгрома 62-й армии Сталинградского фронта и выхода противника к Сталинграду.
Ставка ВГК поручила А.М. Василевскому и Г.К. Жукову дать оценку хода сражения у стен Сталинграда и наметить возможные пути для достижения перелома в ходе борьбы. Александр Михайлович и Георгий Константинович разработали свои предложения в условиях, когда фронт еще не стабилизировался, а враг, бросая все новые и новые силы, в том числе передислоцированные из Западной Европы, пытался пробиться к Волге. Их замысел обрел свое конкретное воплощение в плане, подготовленном Генеральным штабом. Суть его заключалась в подготовке и проведении контрнаступательной операции. В ходе её предусматривалось окружение и уничтожение противника сходящимися ударами трех фронтов (вновь созданного Юго-Западного, Донского и Сталинградского) по слабо защищенным флангам, прикрытым румынскими войсками. В дальнейшем намечалось ударом войск Юго-Западного и части сил Воронежского фронтов разгромить итальянские войска на Среднем Дону и развить наступление на Ростов, чтобы отсечь группу армий «А», действовавшую на Северном Кавказе.
В середине декабря в ходе Сталинградской битвы возникла сложная ситуация из-за попытки группировки Э. Манштейна, состоявшей из 30 полнокровных дивизий деблокировать войска Ф. Паулюса. Имея значительное превосходство в силах и средствах, противнику удалось прорвать оборону 51-й армии и потеснить советские войска в северо-восточном направлении. Немедленно прибывший как представитель Ставки ВГК А.М. Василевский выяснил, что армия находится в чрезвычайно трудном положении, так как израсходованы не только армейские, но и фронтовые резервы. Словом, создалась реальная угроза прорыва 300-тысячной группировки Паулюса из кольца окружения.
Попытка связаться с Верховным Главнокомандующим сразу не увенчалась успехом. Поэтому Александр Михайлович лично принимает смелое и единственно правильное решение: перебросить 2-ю гвардейскую армию на северный берег реки Мышкова, упредить противника в развертывании и дать ему решительный отпор. Это вызвало крайнее раздражение И.В. Сталина, он обвинил А.М. Василевского в злоупотреблении своими полномочиями. Однако правота Александра Михайловича была столь очевидна, что Верховный Главнокомандующий, скрепя сердце, утвердил принятое без его ведома решение. Судя по архивным документам, это был критический момент во всей Сталинградской битве. Признанием заслуг А.М. Василевского в Сталинградской битве стало присвоение ему звания Маршала Советского Союза.
Как известно, А.М. Василевскому приходилось совмещать должность начальника Генерального штаба – основного рабочего органа Ставки ВГК с обязанностями её представителя. Правда, пребывание на фронте помогало Александру Михайловичу видеть и исправлять допущенные Генеральным штабом ошибки. В то же время он учил штабы фронтов и армий организованной, слаженной и ритмичной работе.
К подчиненным Александр Михайлович всегда относился с уважением, вниманием и чуткостью. За все время его службы в Вооруженных Силах никто не слышал от него грубого окрика или оскорбительного слова. Даже «распекая» провинившегося, он обычно говорил: «Извольте быть впредь аккуратнее...» или «Вы сегодня меня огорчили. Надеюсь, мои замечания не останутся без последствий...». Вместе с тем А.М. Василевский обладал твердым характером, всегда отстаивая перед Верховным своих подчиненных. Так было при выдвижении в Генштаб генерал-лейтенантов А.Г. Карпоносова и А.И. Антонова.
2 января 1943 года, когда успешное завершение Сталинградской битвы уже ни у кого не вызывало сомнений, А.М. Василевский прямо из-под Сталинграда направляется на Воронежский фронт для оказания помощи командованию при проведении Острогожско-Россошанской операции 1943 года на Верхнем Дону. Здесь Александр Михайлович пробыл с небольшими перерывами до конца февраля и внес огромный вклад в успех этой и других операций.
Результаты длительного пребывания А.М. Василевского на важнейших фронтах измеряются не только количеством уничтоженных дивизий и плененных солдат противника. Под его началом командующие армиями и войсками фронтов, среди которых были генералы Ф.И. Голиков, М.А. Рейтер, К.С. Москаленко, П.С. Рыбалко, И.Д. Черняховский и другие, проходили школу умелого руководства войсками.
При подготовке и в ходе операции на Курской дуге Маршал Советского Союза А.М. Василевский вновь продемонстрировал умение предвидеть ход вооруженной борьбы, правильно оценивать намерения противника, а самое главное – навязывать ему свою волю.
12 апреля 1943 года в докладе Ставке ВГК, написанном совместном с Г.К. Жуковым, Александр Михайлович высказал свои соображения о предстоящей летней кампании, а затем они совместно сделали вывод, что основные усилия сторон будут сосредоточены в районе Курска. Было принято решение, заблаговременно создав здесь глубоко эшелонированную оборону, измотать противника и разгромить его в решительном наступлении. Только в начале июня, когда данные о намеченных противником ударах по Воронежскому и Центральному фронтам многократно подтвердились, Ставка ВГК приняла окончательное решение.
Маршал Советского Союза А.М. Василевский проявил образцы выдержки, быстрого ориентирования в обстановке, глубокого анализа решений, принятых фронтовыми и армейскими командованиями, заботы о всестороннем обеспечении войск, твердого проведения решений Ставки ВГК в жизнь при руководстве подготовкой и проведением операций Юго-Западного и Южного фронтов по освобождению Донбасса, оказывал эффективную помощь командующему войсками 4-го Украинского фронта Ф.И. Толбухину при освобождении Северной Таврии, а затем и Крыма.
Наступление фронтов, имевших задачу разгромить никопольско-криворожскую группировку противника, вначале закончилось неудачей. И.В. Сталин усматривал причину в том, что и командующие фронтами, и представитель Ставки ВГК плохо управляли боевыми действиями, в то время как А.М. Василевский считал, что не было достаточных сил. Александр Михайлович предлагал привлечь дополнительно войска 2-го Украинского фронта. Но Верховный Главнокомандующий возражал. В конце концов, был достигнут компромисс: 3-му Украинскому фронту была подчинена 37-я армия, находившаяся до того в составе 2-го Украинского фронта, на его усиление прибыли стрелковый и механизированный корпуса, кроме того, были приняты меры по улучшению руководства войсками. В результате наступление, возобновившееся в конце января, завершилось разгромом противника. После проведения Березниговато-Снигиревской и Одесской операций А.М. Василевский 11 апреля вылетел в штаб 4-го Украинского фронта, который 8 апреля начал Крымскую операцию.
Принятое А.М. Василевским и Ф.И. Толбухиным еще в феврале 1944 года решение нанести главный удар с плацдарма на южном берегу Сиваша, обеспечило внезапность действий. Большую роль в её достижении сыграло скрытное сосредоточение на плацдарме 19-го танкового корпуса – подвижной группы фронта. Следует, однако, отметить, что Маршал Советского Союза А.М. Василевский вместе с генералом Ф.И. Толбухиным недооценили оборону противника на подступах к Севастополю, а потому не предусмотрели возможного ожесточенного сопротивления его войск. В связи с этим первая попытка штурма города с ходу, не ожидая сосредоточения артиллерии и подхода Приморской армии была отражена противником. Наступление возобновилось во второй половине 19 апреля с подходом Приморской армии, но и эта попытка оказалась неудачной. Одна из причин заключалась в том, что соединения Приморской армии имели слишком мало времени на подготовку.
Не без сопротивления Ставки ВГК очередное наступление был перенесено на 23 апреля. Вполне понятно недовольство И.В. Сталина: вместо того чтобы основательно подготовить и провести наступление, командование фронта поспешило бросить войска в бой. Штурм со стороны Балаклавы так же, как и последующий перенос основных усилий в полосу 2-й гвардейской армии, к успеху не привел. А.М. Василевскому пришлось вновь просить Верховного Главнокомандующего о переносе наступления, теперь уже на 5-7 мая. Лишь после тщательной подготовки штурм, наконец, удался и 9 мая Севастополь был освобожден. 12 мая капитулировали войска противника на мысе Херсонес.
Одной из грандиозных операций, в разработке замысла, которой весьма активно участвовал Генеральный штаб, являлась Белорусская наступательная операция «Багратион». Естественно, от работы над ним не остался в стороне и А.М. Василевский, хотя 20 мая план своей подписью скрепил генерал А.И. Антонов, а 30 мая был утвержден Ставкой ВГК. План был необычайно прост, но в то же время грандиозен и смел. Простота его состояла в том, что в основу было положено решение использовать выгодную для советских войск конфигурацию советско-германского фронта в Белоруссии. Смелость его заключалась в том, чтобы, введя противника в заблуждение, нанести решающий во всей летней кампании удар на одном стратегическом направлении. Ну, а грандиозным можно назвать замысел потому, что планировалось окружить и уничтожить все основные группировки противника, освободить Белоруссию и выйти на советско-польскую границу.
В этой операции А.М. Василевский координировал действия 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов. 4 июня он прибыл в штаб 3-го Белорусского фронта, располагавшийся в лесу, вблизи городка Красное, что в Смоленской области. Вечером того же дня им был рассмотрен план операции фронта, а на следующий день планы 39-й и 31-й армий. 6-го числа Александр Михайлович был в полосе 5-й армии. 7 июня рассматривались планы использования авиации. 8 июня А.М. Василевский был уже в штабе 1-го Прибалтийского фронта. 9 июня он вернулся на 3-й Белорусский фронт. Внимание к этому фронту было у него особое: ведь генерала И.Д. Черняховского, его ученика, только что назначили на должность командующего.
29 июня во время доклада И.В. Сталину А.М. Василевский предложил после освобождения Минска незамедлительно продолжить наступление, чтобы окончательно очистить Белоруссию от оккупантов и приступить к освобождению Прибалтики. Основные усилия он предлагал перенести в полосу 1-го Прибалтийского фронта, где ввести в сражение 2-ю гвардейскую и 51-ю армии из резерва Ставки ВГК, одновременно начать наступление войсками 2-го Прибалтийского фронта.
И.В. Сталин согласился с этими предложениями, и уже 27 июня Генеральный штаб известил И.X. Баграмяна о том, что с 7 июля в его распоряжение прибывает в район Витебска 2-я гвардейская армия.
В ходе операции А.М. Василевский и И.Х. Баграмян предложили Ставке ВГК перенести главный удар с каунасского на шяуляйское направление. Туда же нацеливались и армии, прибывавшие из резерва Ставки. После утверждения замысла И.В. Сталиным А.М. Василевский вылетел в штаб 2-го Прибалтийского фронта. Но низкие темпы наступления 1-го Прибалтийского фронта вынудили Александра Михайловича вылететь в его штаб, где уже готовилось новое наступление. Однако фронтовая обстановка потребовала от начальника Генштаба направиться на 3-й Белорусский фронт, где проводилась Вильнюсская операция.
В связи с тем, что к наступлению подключались новые фронты А.М. Василевскому в соответствии с директивой Ставки ВГК от 29 июля предстояло не только координировать действия 2, 1-го Прибалтийских, а также и 3-го Белорусского фронтов, но и руководить проводимыми операциями. Со стороны Ставки ВГК это была новая форма управления фронтами. При этом А.М. Василевский так и не получил права по собственному усмотрению перебрасывать объединения и соединения с одного фронта на другой. Словом, с его стороны это было лишь чисто оперативное руководство фронтами. И все же Александру Михайловичу удалось добиться прибытия резервов, столь необходимых для укрепления выступа, образовавшегося в результате выхода советских войск к Рижскому заливу. 16 августа противник нанес сильные контрудары под основание выступа, в его наиболее узком месте он проделал 50-километровую брешь вдоль Рижского залива. Почти до самого Нового года А.М. Василевский оставался в Прибалтике и в ходе осуществления Прибалтийской операции руководил различными группами фронтов. Отлучался он только для участия в разработке новых операций.
К решению каждой проблемы Александр Михайлович подходил, прежде всего, с точки зрения военной теории и практики. Недаром, как писал Маршал Советского Союза Г.К. Жуков, в Ставке Верховного Главнокомандования Александра Михайловича называли «военным мыслителем». Да и сам Г.К. Жуков использовал любую возможность, чтобы узнать мнение А.М. Василевского. Весьма красноречиво об этом говорит его обращение к И.В. Сталину в одном из донесений в период Белорусской операции: «...считал бы крайне полезным по предстоящим операциям посоветоваться с Вами лично, и хорошо бы вызвать Василевского».
На всех принимаемых Маршалом Советского Союза А.В. Василевским решениях, на плане каждой операции, разработанном под его руководством, лежит печать прозорливости. Эти планы и сегодня поражают своей оригинальностью и глубиной. Взять хотя бы план Восточно-Прусской операции и ее кульминационного этапа – захвата цитадели германского милитаризма на востоке Европы – крепости Кенигсберг.
18 февраля 1945 года в районе города Мельзак трагически погиб ученик Александра Михайловича – командующий войсками 3-го Белорусского фронта генерал армии И.Д. Черняховский. Возглавить фронт Ставка поручила А.М. Василевскому, одновременно он был введен в состав Ставки Верховного Главнокомандования. И.В. Сталин, предлагая эту должность А.М. Василевскому, рассчитывал, что Александр Михайлович будет совмещать ее с руководством Генеральным штабом. Однако А.М. Василевский, хорошо знавший объем и характер работы командующего фронтом, полагал, что такое совмещение не пойдет на пользу, а потому попросил освободить его от руководства Генштабом. Он предложил на эту должность кандидатуру своего заместителя – генерала армии Алексея Иннокентьевича Антонова.
На посту командующего войсками 3-го Белорусского фронта полководческий талант и организаторские способности Александра Михайловича проявились еще более. Прибыв на командный пункт фронта в сложное время, он быстро разобрался в обстановке, определил главные задачи, наметил последовательность их выполнения, а затем настойчиво добивался реализации задуманного. Дело в том, что противник, потеснив советские войска, окружившие Кенигсберг, пробил коридор из крепости к своей группировке на Земландском полуострове. Произошло это из-за слабого взаимодействия 3-го Белорусского фронта, блокировавшего Кенигсберг, и 1-го Прибалтийского фронта, который все свои усилия сосредоточил на ликвидации земландской группировки врага. По сути, в Восточно-Прусской операции А.М. Василевскому пришлось командовать силами двух фронтов, так как обстановка потребовала расформирования 1-го Прибалтийского фронта и подчинения его войск командующему 3-м Белорусским фронтом в интересах более тесного их взаимодействия. В то же время Александр Михайлович решил из управления 1-го Прибалтийского фронта создать Земландскую группу войск во главе с бывшим командующим фронтом генералом армии И.Х. Баграмяном, а его штаб сделать штабом этой группы.
Проанализировав сложившуюся обстановку, А.М. Василевский принял решение прекратить наступление на Земландском полуострове, а основные усилия фронта сосредоточить против наиболее крупной группировки противника – хейльсбергской. Его расчет строился на том, что отказ от распыления сил и последовательное уничтожение немецких группировок позволит эффективнее использовать имевшиеся в его распоряжении войска. Мощными ударами советских войск хейльсбергская группировка врага была расчленена и разбита по частям. Наконец, очередь дошла до Кенигсберга.
Командующий войсками фронта тщательно готовил штурм Кенигсберга, сосредоточив под его стенами всю огневую мощь своих армий. Взять штурмом такую крепость – непростое дело. От полководца требовалось найти такой способ разгрома врага, который бы позволил в кратчайший срок, а главное с наименьшими потерями, сломить сопротивление противника и захватить его опорные пункты, не дав ему возможность втянуть советские войска в затяжные бои. И он был найден в сочетании массированных ударов артиллерии и авиации, каких еще не знал противник, с активными действиями штурмовых подразделений, которым предстояло атаковать, казалось бы, неприступные форты.
К началу наступления фронт имел пять тысяч орудий и минометов, почти половину из которых составляли тяжелые орудия, орудия большой и особой мощности. До предела насыщались артиллерией штурмовые группы. Орудия самых крупных калибров должны были бить по фортам прямой наводкой. Для воздействия на противника с воздуха привлекались, помимо двух воздушных армий 3-го Белорусского фронта, авиация Ленинградского и 2-го Белорусского фронтов, Краснознаменного Балтийского флота и 18-й воздушной армии.
Сокрушительные удары авиации и артиллерии сломили сопротивление противника. Наступая с северо-запада и юго-запада, советские войска в короткий срок разгромили многотысячную вражескую группировку и овладели городом-крепостью Кенигсбергом, столетиями являвшейся оплотом сначала немецких рыцарей, а потом германского милитаризма, постоянным источником агрессии против славянских народов. Спустя несколько дней была ликвидирована и земландская группировка вермахта – последняя в Восточной Пруссии.
Залогом успехов А.М. Василевского как полководца были его любовь к солдатам, офицерам и генералам, уважение к их нелегкому ратному труду. Маршал Советского Союза Баграмян, вспоминая напутствие Александра Михайловича при передаче им командования 3-м Белорусским фронтом, в своих мемуарах пишет: «...основная задача – в кратчайший срок завершить разгром остатков земландской группировки противника. Поразмысли о том, как добиться этого с наименьшими для нас потерями. Это – главное... Сейчас надо сберечь как можно больше наших солдат и офицеров. Этим и руководствуйся...»
Признанием выдающихся заслуг А.М. Василевского как одного из крупнейших советских полководцев Великой Отечественной войны явилось назначение его летом 1945 года главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке.
Следует напомнить, что опыта непосредственного руководства действиями стратегических объединений в ранге главнокомандующего у Александра Михайловича все же не было. А тут – новый Дальневосточный театр, только в сухопутной его части превышавший по площади Германию, Японию и Италию, вместе взятые, новая, по сути, война.
Совершенно иной была и стратегическая группировка войск – три фронта, флот, пограничные войска, значительные силы авиации и полная единоличная ответственность за ход и исход этой войны как главнокомандующего всеми Вооруженными Силами СССР на Дальнем Востоке. Советское руководство дало А.М. Василевскому практически полную свободу при планировании и организации операций советских войск на Дальнем Востоке. И он, используя весь свой опыт, накопленный в Великой Отечественной войне, блестяще справился с возложенной на него миссией.
Само создание Главного командования советских войск на Дальнем Востоке осуществлялось с учетом опыта первых лет Великой Отечественной войны. Не обеспеченные достаточными органами управления, главные командования на трех стратегических направлениях не смогли тогда осуществлять эффективное руководство войсками и были упразднены. Маршал Советского Союза А.М. Василевский имел сначала группу офицеров-штабистов, а затем сформировал небольшой, но способный обеспечивать управление войсками штаб во главе с генерал-полковником С.П. Ивановым.
Ядром дальневосточной кампании явилась Маньчжурская наступательная операция. Замысел этой грандиозной операции, в разработку которой Александр Михайлович вложил все свои знания, опыт и талант, был до гениальности прост. Два главных удара Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов во встречных, устремленных к центру Маньчжурии направлениях, а также ряд вспомогательных ударов частью сил этих же и 2-го Дальневосточного фронтов.
Главная ударная сила Забайкальского фронта – 6-я гвардейская танковая армия должна была преодолеть хребет Большой Хинган и рассечь вместе с наступавшими навстречу армиями 1-го Дальневосточного фронта миллионную Квантунскую группировку японских войск. Вспомогательными ударами планировалось обеспечить окружение и уничтожение группировки по частям, при этом действиями советско-монгольской конно-механизированной группы генерала Плиева и 25-й армии генерала И.М. Чистякова вместе с частями и кораблями Тихоокеанского флота адмирала И.С. Юмашева обеспечивалось отсечение группировки Северо-Китайского и Корейского фронтов противника, чтобы помешать их усилению или эвакуации в метрополию.
Прибывший 5 июля в Читу А.М. Василевский ознакомился с войсками Забайкальского фронта. Вместе с Р.Я. Малиновским он побывал на основных участках, провел ряд рекогносцировок, а затем обсудил обстановку и предстоявшие боевые задачи с командованием армий, корпусов и командирами основных дивизий.
Поездка по войскам Забайкальского фронта оказалась для Александра Михайловича чрезвычайно полезной. В результате он внес существенные изменения в ранее принятые решения. Во-первых, были сокращены сроки выполнения основных задач, предусмотренных директивой. Во-вторых, 6-я гвардейская танковая армия должна была преодолеть Большой Хинган не на десятый день операции, как это планировалось ранее, а не позднее пятого дня. На пять дней сократили первоначальные сроки и для войск 17-й армии и конно-механизированной группы, действовавших на правом крыле Забайкальского фронта. Ознакомительные поездки А.М. Василевский совершил и по войскам Дальневосточных фронтов. Делая все для ускорения разгрома противника в ходе этой кампании, Александр Михайлович проявил твердость, когда встал вопрос о переносе самого срока начала военных действий. Тем не менее, уже за неделю до запланированного начала операции советская группировка войск была полностью подготовлена. И когда 7 августа поступила директива Ставки ВГК, потребовавшая вступления в войну с Японией не 11 августа, а 9, она не застала дальневосточников врасплох.
В назначенный день передовые батальоны и разведывательные отряды трех фронтов в крайне неблагоприятных погодных условиях, что было связано с летними муссонами, двинулись на территорию противника. С рассветом главные силы Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов пересекли государственную границу. А.М. Василевский осуществлял руководство войсками из штаба 1-го Дальневосточного фронта.
Внезапность и сила первоначальных ударов советских войск позволили не только сразу же захватить инициативу, но и сорвать организованное противодействие противника. Вот как описывает события первых дней операции сам Александр Михайлович: «Форсирование Хинганского хребта явилось подвигом, не имевшим себе равных в современной войне. К исходу 14 августа войска Забайкальского фронта, пройдя расстояние от 250 до 400 км, вышли в центральные районы Маньчжурии и продолжали продвигаться к её столице Чанчуню и крупному промышленному центру Мукдену. За это же время войска 1-го Дальневосточного фронта в условиях труднопроходимой горно-таежной местности, прорвав сильную полосу обороны, напоминавшую линию Маннергейма, только в больших масштабах, и овладев семью мощными укрепленными районами, продвинулись в глубь Маньчжурии на 120-150 км и завязали бой за город Муданьцзян. Войска 2-го Дальневосточного фронта вели бои на подступах к Цицикару и Цзямусы».
Таким образом, уже к исходу шестых суток наступления советских войск Квантунская группировка оказалась расчлененной на части. В дни, когда тихоокеанцы осуществляли операции по освобождению Шумшу и других островов Северных Курил и готовились к высадке крупного морского десанта на остров Хоккайдо и Южные Курилы, А.М. Василевский прилетел во Владивосток, где заслушал доклад командующего флотом И.С. Юмашева и поторопил его с завершением боевых действий. Побывал он и на кораблях. Здесь открылась еще одна его замечательная черта – умение общаться с рядовыми бойцами. «Александр Михайлович, – вспоминал Н.Г. Кузнецов, – с присущей ему теплотой беседовал с моряками. Я видел, как восторженно люди встречали этого прославленного военачальника. Мне довелось много раз иметь дело с маршалом А.М. Василевским, и я давно убедился, что это талантливый, культурный во всех отношениях человек».
Умение Александра Михайловича относиться к подчиненным как к равным, соратникам по общему делу, позволяло ему без какого-либо подчеркивания своего превосходства принимать совместно с командующими фронтами, командармами обоснованные и наиболее эффективные решения.
Член Военного совета 39-й армии генерал-лейтенант В.Р. Бойко, воевавший под началом А.М. Василевского еще в Восточной Пруссии, рассказывая о реакции войск на его приезд на Дальний Восток, отмечал: «Теперь становилась понятной роль маршала Василевского в планировании и подготовке операции против Квантунской армии, передислокации на Дальний Восток огромного количества войск и материальных средств. И возрастала уверенность, что операция завершится успешно». Далее он писал: «За время подготовки и проведения Маньчжурской операции главнокомандующий был в нашей армии дважды, и я имел возможность яснее увидеть стиль, манеру его отношений с людьми, решения служебных вопросов.
Прежде всего, обращали на себя внимание культура, такт этого человека. Маршал умел дорожить опытом и мыслями своих собеседников любого ранга, умел направлять беседу с ними, терпеливо их выслушивать, но не любил при этом лишних, тем более пустых слов. Сам формулировал вопросы или давал ответы коротко и предельно ясно.
Нам было известно, какое бремя забот по руководству войной нес главнокомандующий, но мы не видели, чтобы он, в отличие от некоторых других начальников, торопился, отмахивался от нужд войск...
Любопытно, что по отдельным вопросам он делал записи в своем блокноте, требовал дать ему или номер армейской газеты с интересным материалом, или какую-нибудь листовку или памятку. Думаю, Александр Михайлович воспринимал и ценил работу с людьми, прежде всего в ее конкретном, живом, творческом исполнении, нацеленном на решение практических задач в борьбе с противником».
Смелое и решительное наступление советских войск заставило японское правительство 14 августа 1945 года заявить о готовности капитулировать. К тому же, продолжавшийся натиск на противника силами передовых отрядов и организация захвата крупных военных и административных центров в Китае и Корее целой серией воздушных и морских десантов вынудили японское командование на рубеже второй и третьей декад августа начать организованную сдачу в плен своих войск.
Активные боевые действия в Маньчжурии и Корее продолжались до 28 августа, на Южном Сахалине и Курильских островах до дня подписания Акта о капитуляции руководителями поверженной Японии перед союзниками по антифашистской коалиции. Последний очаг Второй мировой войны был затушен.
А.М. Василевский так охарактеризовал данную кампанию: «Столь высокие темпы наступления наших войск, действовавших на отдельных разобщенных оперативных направлениях, обеспечивались тщательно продуманной группировкой войск с учетом природных особенностей местности и характера системы обороны врага на каждом участке, широким и смелым использованием танковых, механизированных и конных соединений, внезапностью нападения, высоким наступательным порывом, решительными до дерзости и умелыми действиями, отвагой и массовым героизмом воинов Советской Армии, пограничников и моряков».
При этом общие людские потери советских войск и сил флота в войне против Японии, составившие 36 456 человек, были в 19,8 раза ниже, чем аналогичные потери японских вооруженных сил, а безвозвратные потери составили менее 0,1 процента от численности всего личного состава советских Вооруженных Сил, принявших участие в кампании. Американский Объединенный комитет начальников штабов на опыте боев за острова Тарава, Иводзима и Окинава рассчитывал положить на алтарь победы над Японией 1 млн своих и 0,5 млн британских военнослужащих при японских потерях в 10 млн человек и более. Талант А.М. Василевского помог спасти и эти жизни.
Все, кто участвовал в Дальневосточной кампании, однозначно связывают её успех с именем А.М. Василевского. Деятельность Александра Михайловича на посту главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке стала в тот краткий, но такой драматически напряженный исторический отрезок времени «звездным часом» в судьбе полководца и государственного деятеля.
Деятельность на посту главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке Александр Михайлович Василевский закончил в конце сентября 1945 года, передав командование маршалу Р.Я. Малиновскому. В марте 1946 года после почти шестимесячного отдыха Маршал Советского Союза Василевский вновь возглавил Генеральный штаб (А.И. Антонов с его согласия снова стал первым его заместителем), основной задачей которого в этот период был перевод Вооруженных Сил СССР на мирное положение, связанный с резким сокращением численности, передислокацией войск.
Весной 1949 года Маршал Советского Союза Василевский назначается министром Вооруженных Сил СССР, где плодотворно работал до 1953 года. Под его руководством был осуществлен большой комплекс мероприятий по повышению боевой готовности Советской Армии, оснащению ее новейшей боевой техникой, улучшению организационной структуры, системы подготовки кадров. В это время Сухопутные войска получили новые танки, Военно-Воздушные Силы – реактивные самолеты, средства радиолокации и навигации, а Войска ПВО были выделены в самостоятельный вид Вооруженных Сил. В 1953 году, в связи с объединением Министерства Вооруженных Сил и Министерства Военно-Морских Сил, А.М. Василевский назначается первым заместителем Министра обороны СССР. А в 1956 году, вскоре после назначения Министром обороны Георгия Константиновича Жукова, он становится его заместителем по вопросам военной науки, принеся на этом поприще огромную пользу Отечеству и Вооруженным Силам. 29 сентября 1956 года А.М. Василевский стал первым председателем (в ранге первого заместителя Министра обороны СССР) учрежденного в этот день Советского комитета ветеранов войны. С января 1959 года А.М. Василевский – генеральный инспектор Группы генеральных инспекторов Министерства обороны. В этот период маршал пишет множество статей, выступает с докладами на конференциях, щедро делится своими богатыми военными знаниями и опытом.
Много лет полководец посвятил написанию книги «ДЕЛО ВСЕЙ ЖИЗНИ», неоднократно потом переиздававшейся. Она и стала его творческим наследием, отчетом перед читателем за 60 лет военной деятельности.
Как-то раз Александра Михайловича спросили: сколько военных операций он разработал? «Самостоятельно от начала до конца лично я – ни одной, – ответил он. – Как и любой другой военачальник». И объяснил: «... я был начальником Генерального штаба и, естественно, мне принадлежала руководящая роль в разработке многих крупнейших операций. И только! Любая крупная операция – итог огромных коллективных усилий, коллективного разума».
В этих словах весь Александр Михайлович – военный мыслитель, организатор и человек с большой буквы.
Родина высоко оценила заслуги выдающегося полководца. Он дважды удостоен звания Героя Советского Союза, награжден восемью орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, орденом Суворова I степени, орденом Красной Звезды (это был первый орден А.М. Василевского, который он получил за финскую кампанию), орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени и многими медалями. Александр Михайлович Василевский дважды награжден высшим полководческим орденом «Победа», а также Почетным оружием.
Его именем названы улицы в городах России (Москва, Вичуга, Волгоград, Иваново, Кинешма, Тверь, Челябинск и Энгельс) и Украины (Краснодон, Кривой рог, Николаев, Симферополь и Славянск), в том числе и площадь в Калининграде, где ему установлен единственный в нашей стране памятник, большой противолодочный корабль в Северомосрке (он уже утилизирован – ред.).
Жизнь Маршала Советского Союза Александра Михайловича Василевского – яркий пример беззаветного служения Отечеству, высокий образец для современных его защитников, для каждого россиянина.

СЕНАТОР - конец страницы - SENATOR


 

© Региональный общественный Фонд «Маршалы Победы».
® Свидетельство Минюста РФ по г. Москве.
Основан гражданами России в 2009 г.

117997, г. Москва, Нахимовский проспект, дом 32.
Телефоны: 8(916) 477 22-40; 8(499) 124 01-17
E-mail: marshal_pobeda@senat.org